Стенографический отчёт о заседании Совета по культуре и искусству

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Как вы знаете, следующий, 2014 год объявлен в России Годом культуры. Мы рассчитываем, что его проведение действительно станет знаковым для нашей страны для повышения и укрепления роли, которую культура призвана играть в жизни нашего общества.

Культура, по сути, это свод нравственных, моральных, этических ценностей, составляющих основу национальной самобытности, один из ключевых символов российской государственности и исторической преемственности, то, что объединяет нас с другими странами и народами мира. Конечно же, все мы - государство, общество - несём ответственность за судьбы отечественной культуры, за её современное состояние и перспективы. Нельзя потерять свои культурные корни, то, что формировалось веками, складывалось многими поколениями представителей разных национальностей и разных религий и не раз на самых трудных поворотах истории государства российского сберегало его для будущих поколений.

Именно поэтому мы говорим о необходимости осмысленной государственной культурной политики, о том, что нужны чёткие принципы и чёткие ориентиры, которые обеспечат культуре роль определяющего, а не периферийного фактора развития страны и общества, человеческого капитала.

Безусловно, формирование культурной политики должно идти в тесном взаимодействии власти и общества. Как ни хороши будут идеи, они не реализуются без поддержки людей. В процесс должны быть вовлечены не только собственно деятели культуры, но и неправительственные организации, бизнес-сообщества, меценаты и, конечно, учёные и экономисты, культурологи и историки, политологи. Нельзя замыкаться в консерватизме, опираясь на своё богатейшее наследие. Нам обязательно нужно идти вперёд, формировать современные культурные стандарты, усваивать новый опыт, в том числе, разумеется, и мировой опыт.

Кроме того, принципиально важно, чтобы задачи культурной политики были предельно понятны. Прежде всего понятны нашим гражданам, понятны молодёжи. Мы должны создать такие условия, при которых всесторонняя образованность, способность свободно ориентироваться в классической и современной живописи, музыке, литературе станет для подрастающего поколения нормой, образом жизни, насущной потребностью. И здесь нужно серьёзно заняться продвижением и поддержкой фундаментального искусства. Это как и в науке: фундаментальные исследования затратны и не имеют сиюминутной отдачи, но без них научная мысль и прогресс просто остановятся.

В целом считаю, что назрела необходимость существенно пересмотреть и подходы к сфере культуры, и саму систему государственного и муниципального управления. К сожалению, практика отношения к культуре по остаточному принципу оказалась очень живучей. Сфера культуры стереотипно воспринимается не более чем подотрасль социального блока. Переломить ставшее привычным отношение к культуре как к развлечению трудно, может быть, очень трудно, но, безусловно, необходимо. И культурная политика должна способствовать этому, выводить культуру на ту высоту, которой она достойна.

Считаю, что культуру нельзя загонять в прокрустово ложе бессмысленной отчётности о количественных достижениях и процентах на душу населения. Она может измеряться только общественным признанием и характером влияния на становление личности. Нам нужна новая, комплексная система оценки качества культурной среды и эффективности реализуемых мер.

Конечно же, говоря о будущем российской культуры, невозможно не остановиться на сфере образования. На прошлом заседании Совета уже говорили, что гуманитарная составляющая процесса обучения должна быть более значимой. Сейчас реализуется инициатива возрождения в школах хоровых и театральных кружков. И это действительно отличная, проверенная временем практика. И конечно, её, как и другие начинания, нужно развивать, как и традиции посещения всем классом выставок, концертов, творческих вечеров. Алгебру, может быть, какие-то другие предметы можно изучить в аудитории, а полноценно понять и полюбить искусство только по рассказам учителей, не видя ничего своими глазами, вряд ли возможно.

Это касается и дошкольных учреждений, детей самого раннего, восприимчивого возраста, в доступной игровой форме, но и там тоже нужно прививать хороший вкус. Только так мы сможем воспитывать грамотных, нуждающихся в качественном художественном продукте граждан, что в свою очередь снизит число людей, ориентированных на массовую, зачастую низкопробную культуру. Если музеи, библиотеки, театры станут неотъемлемой частью жизни ребёнка, то он в полной мере оценит культурное наследие своей страны, своего народа, своего этноса, будет искренне заинтересован в развитии всего, что наработано прежними поколениями. Лишь в этом случае мы сбережём Россию такой, какой мы её получили от наших предков, - многонациональной и единой, открытой и самобытной, и обеспечим то самое качество жизни, к которому так стремимся.

Уважаемые коллеги!

Процесс формирования новой культурной политики должен быть организован системно и комплексно, особенно важна координация усилий всех участников этой работы, чёткое распределение функций, чтобы принципы и приоритеты нашли своё практическое воплощение в соответствующих программах, были правильно отражены в законодательных актах. Значительную часть этой работы возьмёт на себя, надеюсь на это, и наш Совет по культуре и искусству. Именно вам, уважаемые коллеги, в тесном взаимодействии с общественными и профессиональными объединениями предстоит сформулировать магистральные, базовые направления государственной культурной политики, которые - вы это увидите - и будут заложены в соответствующие решения на законодательном и исполнительном уровнях, именно они, эти основы, составят основу стратегии, которую позже подготовит Правительство Российской Федерации.

Я прошу Администрацию Президента взять весь круг вопросов разработки приоритетов государственной культурной политики под постоянный контроль.

Давайте начнём работать.

Пожалуйста, слово Владимиру Ильичу Толстому.

В.ТОЛСТОЙ: Спасибо большое.

Добрый день, глубокоуважаемый Владимир Владимирович! Дорогие коллеги! Друзья!

Мы ласково называем свою страну "Отечество", мы гордо произносим слова "Родина-мать". Культуре горько и обидно осознавать себя в этой семье падчерицей, золушкой в собственном государстве.

Экономисты, эксперты рассматривают и сравнивают модели отношений к культуре "государство-меценат" или "государство-инвестор". А нам бы хотелось выстроить более человечную модель - "государство-родитель", пусть строгий и требовательный, не поощряющий баловство и тем более хулиганство, но справедливый, понимающий и любящий. При таком отношении культура быстро способна вырасти в крепкую и могучую опору своему государству, стать той самой надёжной скрепляющей и объединяющей силой, которую все сейчас так настойчиво, но пока тщетно ищут.

Вы только что сказали, Владимир Владимирович, что пока господствует отношение к культуре по остаточному принципу, воспринимается она не более чем подотрасль социального блока. Ну самая настоящая падчерица. Проиллюстрирую это положение цифрами.

В консолидированном бюджете субъектов Российской Федерации расходы на социальную политику составляют 16,3 процента, на здравоохранение - столько же, на образование - 24,5, на культуру - только 3,1 процента. В федеральном бюджете ситуация ещё плачевнее: 29,9 - на соцполитику, 4,8 - на здравоохранение, 4,7 - на образование и лишь 0,7 процента - на культуру вместе с кинематографией. Я ни в коей мере не умаляю важности социальных выплат, необходимости поддержки здравоохранения и образования, но разве нравственное здоровье во столько раз менее важно, чем физическое? А творческая самореализация человека во столько раз менее необходима, чем набор знаний? Разве это справедливо?

Мне скажут: так сложилось исторически. Потом начнут приводить примеры и аналогии из опыта других стран. Не буду сейчас оспаривать эти утверждения, скажу только, что Россия, как суверенная и великая держава, должна идти исключительно своим путём, думать своим умом, искать этот путь, в том числе признавая допущенные ранее ошибки. И мы, кажется, постепенно нащупываем этот свой путь.

Признаюсь честно, я с огромным воодушевлением и надеждой услышал в Вашей валдайской речи, Владимир Владимирович, всего две недели назад слова чрезвычайной значимости о том, что России нужно быть сильной в военном, технологическом, экономическом отношении, но всё-таки главное, что будет определять успех, - это качество людей, качество общества, интеллектуальное, духовное, моральное. Это действительно самое главное. И это абсолютно невозможно без принципиального, кардинального изменения роли культуры.

Надо наконец осознать, что культура не периферийная сфера общественной жизни, не обременительная нагрузка на экономику, а главный фундамент, определяющий самобытность народа. Культура - это качественное измерение всего социального организма. Она генотип общества, определяющий способность страны выживать и развиваться в изменяющихся условиях. Поэтому без адекватной оценки значимости культуры никакие преобразования просто не получатся. Особенно в современном, постиндустриальном мире в условиях экономики знаний.

Нужно без всякой экзальтации, спокойно, чётко и конкретно сказать: культура - важнейший фактор нашей национальной безопасности. Пренебрежительное или даже просто невнимательное, равнодушное отношение к ней чревато самыми драматичными последствиями. Два с половиной десятилетия рыночного и полурыночного существования отечественной культуры наглядно показали губительность таких подходов. Они привели к замещению образцов и моделей отечественного культурного развития заимствованными и нередко разрушительными для национального менталитета иноземными и иноязычными продуктами.

Допущенное наступление на основу нашей национальной идентичности - русский язык - стало, пожалуй, самой большой ошибкой. В результате наши дети говорят на чудовищной смеси жаргона социальных сетей и не вполне нормативной русской лексики. Мы рискуем получить поколение информированных потребителей, лишённых богатства родного языка, не способных воспринять ничего из мировой и отечественной классической культуры, презирающих и прошлое, и настоящее своей страны и не связывающих с ней своё будущее. Возможно, именно так по чьему-то замыслу должны выглядеть граждане мира, но подлинными гражданами своей страны - России - они при этом точно не станут. Это вовсе не означает, что нам нужно отгородиться от всего мира, не замечать и не признавать лучшего, что есть в великих культурах других стран: и западных, и восточных.

Ганди сказал в своё время: "Я не желаю, чтобы мой дом был обнесён высокой стеной и чтобы мои окна были наглухо заколочены. Я хочу, чтобы волна культуры всех стран свободно проникала в мой дом, но я не желаю, чтобы она захлестнула и сбила меня с ног". Именно такой и должна быть государственная культурная политика нашей страны, приветствующая всё свежее, новое, здоровое и талантливое, но при этом твёрдо стоящая на страже тех ценностей и основ, на которых испокон веков зиждется Россия.

Собственно, этот посыл и был дан на Валдае. Это и те "красные линии", за которые никому нельзя заходить, и то, что для воспитания личности патриота нам нужно восстанавливать роль великой русской культуры и литературы, которые должны стать источником самобытности и основой для понимания национальной идеи. И, конечно же, о том, что у нас накоплен уникальный опыт взаимовлияния, взаимообогащения, взаимного уважения различных культур и что в России за века не исчез ни один, даже самый малый этнос, все они сохранили не только свою внутреннюю самостоятельность и культурную идентичность, но и своё историческое пространство.

Прошу меня извинить за обильное цитирование, но это базисные, это основополагающие вещи. У нас действительно уникальный, многонациональный и талантливый народ, колоссальное культурное и языковое многообразие. Просторы нашей страны необъятны, и нам необходимо позаботиться о неразрывности культурной среды. Доступом к культурным благам не должен быть обделён ни один человек на всей территории страны. Собственно, так гласит Конституция.

Сегодня неравномерность их распределения угрожающе велика, и необходимы специальные меры, сглаживающие это неравенство. Сеть больших и малых многофункциональных культурных центров, использование интернета и мультимедийных технологий, развитие современных форм гастрольной, выставочной, просветительской деятельности должны работать на решение этой проблемы. Взять, к примеру, кинематограф - один из самых массовых видов искусства. Ведь сегодня почти половина жителей страны не имеет возможности смотреть фильмы в кинотеатрах. Киносеть выросла и закрепилась в самых крупных городах, затем в городах с населением свыше 100 тысяч жителей. Но в малые города и сельские населённые пункты она уже не пошла. Нерентабельно. И без разумного участия государства эту проблему не решить.

Труднодоступны для многих граждан России качественные театральные постановки, концертные программы, музейные экспозиции. Нет необходимых условий для собственной творческой самореализации людей, развития многообразных видов художественной самодеятельности.

Особая роль может и должна возникнуть у библиотек, но библиотек принципиально нового типа, которые должны стать по определению отсутствующего сегодня, к сожалению, члена Совета Александра Архангельского центрами интеллектуального досуга, дискуссионными площадками, плацдармами для восстановления сети детских кружков, местом, где детям и подросткам помогают в подготовке рефератов, устраивают обсуждение фильмов и книг, а старшему поколению оказывают информационную, консультативную помощь по самым разнообразным вопросам. Словом, библиотеки, как и музеи, должны стать важнейшим социальным институтом, ведь у нас, увы, выросло поколение, которое не привыкло ходить в библиотеки, музеи, консерватории, филармонии, театры, убеждённое в том, что всё есть в интернете. Это утверждение само по себе признак глубочайшей необразованности и крайне низкого культурного уровня. Именно в нём кроются корни плагиата, пиратства, компилирования чужих диссертаций и чужих мыслей.

К сожалению, в условиях торжества довольно бездумно заимствованных нами теорий эффективного менеджмента, законов, направленных на видимость финансовой прозрачности отчётности, введением исключительно количественных показателей эффективности, выхолащивающих суть и смысл любой культурной деятельности, - эту мысль на заседании Межведомственной комиссии высказал Евгений Кузьмин, я с ним солидарен, - конечно, качественные методы оценки эффективности не в пример сложнее, вероятно, субъективнее количественных, но в сфере культуры именно они позволяют увидеть лес за деревьями, увидеть интересы и потребности каждого человека за сухими и часто искусственно подогнанными цифрами. В культуре, как в самой гуманистичной и творческой сфере общественной жизни, не должен, не имеет права доминировать технократический подход, причём нередко доведённый до абсурда.

Убеждён, нам сообща, всему обществу и руководству страны необходимо сделать поистине титаническое усилие, чтобы вновь поставить на твёрдую историческую и национальную почву перевёрнутую пирамиду ценностей. Предстоит очень многое сделать, чтобы новая культурная политика отвечала предъявляемым к ней требованиям. Работа над формированием новой культурной политики должна быть организована системно и комплексно. Необходимо скоординировать усилия всех участников этого процесса: и в Администрации Президента, и в Правительстве, и в Совете Федерации, и в Государственной Думе, и в многоликом экспертном сообществе, и, что очень важно, в регионах страны.

Значительную часть ответственности готов принять на себя Совет по культуре и искусству. Год назад мы предприняли шаги по повышению его действенности, и сегодня уже есть результаты, которые позволяют говорить о готовности взяться за эту непростую, но, я уверен, жизненно важную задачу.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Спасибо.

Карен Георгиевич.

К.ШАХНАЗАРОВ: Уважаемый господин Президент! Уважаемые дамы и господа!

Начну чуть-чуть издалека. Думаю, как и вся страна, я внимательно следил за всей этой драматической дипломатической борьбой вокруг Сирии. И в пределах этой, безусловно, блестящей дипломатической победы, мне кажется, произошло событие, может быть, гораздо более важное. Как это часто случается с важными историческими событиями, произошло оно как-то неброско, может быть, не очень заметно, но это не умаляет его значения.

На мой взгляд, произошло то, что Российская Федерация полностью вернула свой политический суверенитет, который был в значительной мере утерян зимним вечером 1991 года, когда флаг СССР был спущен здесь, в Кремле.

На мой взгляд, сегодня Россия обладает таким же политическим суверенитетом, каким обладают только две страны в мире: США и Китайская Народная Республика. Это, конечно, происходило, я понимаю, не просто в очень тяжёлой политической да и местами военной борьбе на международной арене и внутри страны. Мы понимаем, что и внутри страны сложилась некая общность людей, некая партия, которая вполне искренне полагает, что можно променять суверенитет на так называемое лучшее качество жизни. Действительно, ведь есть страны, которые не обладают суверенитетом, но неплохо живут. Правда, гораздо больше стран, которые и суверенитетом не обладают, и живут паршиво. Но об этом как-то не принято говорить. В конечном счёте наш народ в большинстве своём всё-таки выбирает тот путь, когда он, конечно, и жить хочет неплохо, но независимость ради этого терять он совершенно не собирается.

Конечно, в том, что произошло, огромная лично Ваша заслуга, господин Президент, но этого не могло бы произойти, наверное, без поддержки большинства россиян, которые поддерживали эту линию. И здесь, наверное, свою роль сыграло и то, что последние 10-15 лет всё-таки, наверное, в какой-то степени это было время поколения, родившегося в 40-50-е годы того века. Я имею в виду, что именно оно в значительной степени определяло, так сказать, пути страны. В этом нет никакой пресловутой исключительности. Не в смысле, оно хуже или лучше, просто так, мы знаем, в жизни бывает, что каждое поколение в какой-то момент взрослеет, созревает и на какой-то период занимает ключевые позиции в обществе: начиная от директора зоомагазина и кончая Президентом Российской Федерации.

Но ведь весь вопрос в том, что это поколение было воспитано и выросло в советский период. А СССР, как известно, обладал не только полным политическим суверенитетом, но он обладал ещё и тем, что называется "суверенитет культурный". И вот в этом смысле, если говорить о том, что нам удалось сегодня вернуть политический суверенитет, с культурным суверенитетом, на мой взгляд, ситуация гораздо сложнее - в значительной степени он нами сегодня утерян.

Некоторые могут сказать о том, что не бывает суверенитета культурного, культура всемирна. На что я бы ответил, что культура не имеет границ, но культура имеет корни. И весь вопрос вот в чём: следующее поколение, какое-либо другое поколение, через поколение, воспитанное уже в отсутствие культурного суверенитета или в иных культурных традициях, захочет ли оно вообще сохранять политический суверенитет страны? Вот это вопрос, который, конечно, весьма, на мой взгляд, остро стоит в современной России. И, конечно, важно, чтобы прозвучало и в нашем, так сказать, стремлении сделать Год культуры в России действенным.

Конечно, культура вообще начинается с образования. Образование - это основа основ культуры. В 1870 году, после победы Пруссии над Францией, канцлера Бисмарка спросили, кто выиграл войну, видимо, намекая на то, что он скажет: я или какой-нибудь генерал. Бисмарк ответил: "Прусский учитель". Действительно, в то время им удалось создать лучшую в Европе систему образования. К сожалению, не могу сказать того о системе сегодняшнего нашего образования.

Мне кажется, было бы логично именно в Год культуры в России ввести обязательный экзамен по литературе в школах. Мне кажется, вообще было бы правильно ввести курс классической русской литературы во всех вузах страны, включая технические вузы и военные, средние и высшие учебные заведения.

Мы знаем - я, кстати, и на том Совете об этом говорил и хочу вернуться к этому вопросу, - во многие музеи мира, в большинство крупнейших музеев мира, по-моему, люди до 18 лет могут попасть бесплатно. Я думаю, что было бы логично, если бы в Год культуры мы ввели бы эту практику и в Российской Федерации, во всяком случае, хотя бы в отношении основных, базовых музеев. Я понимаю, что это будет определённой потерей для музеев, но вполне возможно, что это не такие уж большие материальные потери. Возможно компенсировать им эти потери из бюджета либо в конце концов, может быть, попросить Первый канал. Он так блистательно провёл акцию поддержки Дальнего Востока. На самом деле это, наверное, тоже один из методов поддержки музеев. Но, мне кажется, это было бы правильно, если бы мы сделали такой шаг в Год культуры.

О кино не могу не сказать. Вы знаете, к сожалению, у меня ощущение, что мы присутствуем при конце цивилизации читающей. Я это говорю с сожалением, но, видимо, это всё-таки факт - мы присутствуем при рождении цивилизации смотрящей. Я думаю, все обратили внимание, что сегодня на пляжах, в самолётах, в поездах, в метро все смотрят кино. То есть слова классика о том, что оно важнейшее, становятся ещё более весомыми.

К сожалению, конечно, в этом смысле мы не можем сказать, что мы можем наполнить этот рынок своим отечественным кино. И это, на мой взгляд, тоже грозит нам потерей того самого культурного суверенитета, о котором я говорил. Это вопрос сложный. Кино - это индустрия, поэтому это не такой простой вопрос, его не решишь одним-двумя решениями. Но мне кажется всё-таки важным определиться с организацией кинематографа в нашей стране. Я много раз об этом говорил, повторю ещё раз. На мой взгляд, необходим единый центр кино, в котором было бы сосредоточено всё финансирование, в котором были бы сосредоточены все вопросы проката, вопросы технологий, которыми сегодня в кинематографе в сущности вообще никто не занимается, а современное кино стремительно развивается в этом смысле. На самом деле, на мой взгляд, это вполне возможно сделать в рамках Министерства культуры. Там есть фонд, который подчиняется Министерству культуры. Почему не сосредоточить всё это в одном центре?

И конечно, на мой взгляд, мы никуда не сдвинемся, если мы не вернём в кинематограф такую профессию, как профессия редактора. Она в принципе в нашем современном кино умерла. На мой взгляд, это одна из серьёзных потерь нашего сегодняшнего кинематографа.

Я не могу не затронуть также вопрос, который я затрагивал в связи с этим в Сочи. Тогда, Владимир Владимирович, он у Вас вызвал интерес. [Вопрос] об оцифровке. Дело в том, что сегодня телевидение стремительно уходит в цифровой формат. Это происходит очень быстро. Ещё год-два - и все основные каналы станут цифровыми. Это значит, что та коллекция старых советских картин, которая стала классикой, которая в значительности степени, кстати, цементирует сознание молодёжи и остаётся частью культурного наследия, окажется практически отрезанной от зрителя. Просто его перестанут показывать, потому что технически оно не приспособлено для цифрового кино. Мы занимаемся этим. У нас есть все технологии. "Белые Столбы" [Госфильмофонд России] занимаются, есть все технологии, для того чтобы всё это делать. Но мы делаем одну картину в месяц. Нам нужна определённая поддержка, чтобы мы могли делать хотя бы 10-15 картин в месяц. На мой взгляд, это очень важно. И возникла какая-то идея вдруг, я услышал, о том, чтобы создать какой-то вдруг отдельный центр, так сказать, что потребует гораздо больших вложений. Хотя, я повторяю, эти технологии есть и в "Белых Столбах", и на "Мосфильме". Единственное, что нужно, - определённая государственная поддержка, чтобы этот процесс превратить из единичного в массовый. Надо сделать хотя бы 600-700 основных картин, которые сегодня востребованы зрителями на всём пространстве Российской Федерации, да и не только Российской Федерации.

Последнее. Мне кажется, что Совет по культуре очень эффективно и важно работает в последнее время. Огромное количество обращений. Я знаю, что там происходит большая работа. Мне казалось бы всё-таки правильным, если бы каким-то образом Совету был придан ещё… Как сказал профессор Преображенский в "Собачьем сердце", какая-то бумажка такая, чтобы у него были ещё некие возможности. Совет по культуре, конечно, не должен ни в коем случае переходить на поле Министерства культуры, понятно. Но дело всё в том, что в стране-то есть огромное число того, что мы называем культурными событиями, культурным полем, которое вообще находится вне какой-либо юрисдикции. И в этом смысле часто многие вопросы можно было бы решить гораздо проще, особенно, как это говорится, на местах, если бы у Совета по культуре были какие-то более определённые полномочия в этом смысле.

Вот те мысли, которые мне хотелось вам сегодня поведать.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, Алексей Николаевич.

А.ВАРЛАМОВ: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые члены Совета! Дамы и господа, коллеги!

Я понимаю, что состояние культуры вызывает у нас у всех очень тревожные чувства, но не хотелось бы, чтобы мы при этом впадали в отчаяние. Всё-таки, мне кажется, что потребность в культуре, чувства культуры в наших людях очень живо.

Вот простой пример. Когда оказываешься за границей в каком-нибудь крупном художественном музее: Лувре, или в Нью-Йорке, в Лондоне - где угодно, чаще всего там слышится русская речь. Русские люди, когда приезжают за границу, идут в музеи, смотрят эти картины, им интернета недостаточно. И когда у нас случаются культурные события, мы видим, какие очереди выстраиваются в музеи, как продлеваются выставки, для того чтобы люди могли это увидеть. То есть культура жива в народе, и потребность народа в культуре, тяга к культуре, безусловно, существует.

Другое дело, что всё это, как мне представляется, запасы того воспитания, того образования, которое мы получали в прежние годы, и нет никакой уверенности - об этом справедливо здесь сегодня уже говорилось, - что молодое поколение будет так же восприимчиво к культуре, как поколение старшее. Поэтому связь культуры и образования, безусловно, вопрос ключевой, вопрос, который требует обсуждения, и не просто обсуждения, но решения.

Правильных слов говорилось в последнее время очень много. Все мы так или иначе сетуем на систему образования, все мы говорим о том, что необходимо вернуть литературу в школе в качестве обязательного предмета. Мне кажется, не только литературу, но и по крайней мере гуманитарные предметы: историю, обществоведение, географию обязательно - надо тоже сделать обязательными предметами, потому что без этого мы не получим людей действительно в истинном смысле этого слова патриотически настроенных и образованных.

Я очень горячо поддерживаю Карена Георгиевича, когда он говорит о том, что в Год культуры литературу надо сделать обязательным предметом, причём, с моей точки зрения, необходимо, чтобы это был не экзамен в форме ЕГЭ, не экзамен в форме теста, что для литературы противопоказано, а чтобы это было то полноценное сочинение, которое мы все с вами писали. И мне представляется, что сочинение необходимо вернуть не только в качестве выпускного экзамена в школах в качестве обязательного предмета, но и обязательного предмета для поступления во все высшие учебные заведения. Это действительно поднимет статус литературы как предмета.

И в чём бы я не согласился с предыдущим выступающим, с Кареном Георгиевичем, - в том, что приходит конец цивилизации чтения. Просто как писатель, как филолог, как историк литературы ну не могу я с этим согласиться.

К.ШАХНАЗАРОВ: Я с сожалением [об этом говорил].

А.ВАРЛАМОВ: С сожалением, я понимаю. И дело не только в том, что мои коллеги, писатели, рискуют остаться в этом случае без работы. Дело даже не в нас. Дело скорее в том огромном культурном и литературном наследии, для России особенно важном, которое мы в этом случае рискуем потерять и действительно теряем.

Есть такой замечательный школьный учитель и главный редактор газеты "Литература" Сергей Волков. Он очень хорошо говорит о том, что нам досталась как дар, бесплатно великая русская литература, и наша задача - передать её детям, передать её внукам. Будет ужасно обидно "на вертикали русской истории", если мы с вами живём в ту эпоху, когда эта связь прервётся. Даже в советское время литература преподавалась. Я думаю, во многом благодаря литературе мы выжили, мы сохранились как народ, мы сохранили свои и традиции, и устои, и свою в конце концов просто выживаемость сохранили благодаря этому. И если вдруг на нас это сегодня прервётся и при нас дети действительно перестанут это читать, и герои "Капитанской дочки", "Войны и мира", "Преступления и наказания", шолоховские герои будут для них пустым звуком, то это примерно, знаете, как китайцы - северные и южные китайцы - могут говорить на совершенно разных диалектах и не очень даже друг друга понимать устно, но стоит им нарисовать иероглиф - они друг друга поняли. Для нас литература является такого рода иероглифом, и этот иероглиф мы должны сохранить.

Ещё о чём мне хотелось бы сказать: таким "механизмом" сохранения литературы должно быть большее её присутствие в средствах массовой информации, прежде всего на телевидении. Культура тоже неотделима от телевидения. И опять-таки мы говорим о том, что на нашем телевидении слишком велик процент развлекательных программ. Наше телевидение слишком зависит от рекламы, слишком зависит оно от наличия тех или иных медийных лиц. И литература просто вымывается.

Я уже приводил пример, для меня очень красноречивый, когда один из руководителей федеральных каналов собрал писателей и стал говорить о том, что хорошо бы сделать литературную программу в прайм-тайм, и её ведущим согласился быть очень известный телевизионный персонаж, могу даже назвать его имя - Максим Галкин. Но прошло некоторое время, и этот проект куда-то затерялся, а вместо этого на канале появилось шоу "10 миллионов". И, собственно, это предпочтение - "10 миллионов" вместо литературы - само по себе очень показательно.

Или, например, у нас в стране в последнее время Агентство по печати и массовым коммуникациям делает очень много для продвижения литературы за границу. Русские современные писатели выезжают на книжные ярмарки, поддерживаются проекты переводов современных русских писателей на иностранные языки, снимаются фильмы про современных русских писателей на экспорт. Всё это замечательно, спору нет, надо показывать нашу литературу миру. Но ещё в большей степени её надо показывать собственному народу. Мы снимаем фильмы на экспорт про современных писателей, но ни одного нет фильма, если хотите, "для внутреннего пользования".

И мне представляется, что такие программы продвижения литературы по стране с помощью библиотек, с помощью университетов - всё это необходимо. Вообще писательский потенциал, на мой взгляд, должен быть задействован и использован более активно, чем это сейчас происходит. Даже в нашем Совете, посмотрите, всего два писателя. За последние годы писатели практически не получали высшую государственную награду, мы очень редко видим писателей на экранах телевидения, а раньше вспомните, какие замечательные были встречи с Валентином Григорьевичем Распутиным, показывал канал "Останкино", или с Астафьевым, с Беловым - много можно назвать имён. И сегодня есть писатели, которые, уверяю вас, смогли бы заинтересовать аудиторию, если бы им дали возможность обратиться к широкой аудитории, и не только на канале "Культура" - единственном канале, который делает многое для продвижения литературы. Мне кажется, этого недостаточно.

Например, когда вручаются телевизионные премии, когда вручаются кинопремии и театральные премии, на федеральных каналах идут довольно большие трансляции этих церемоний. Когда вручается литературная премия, например, "Большая книга", - коротенький сюжет. А нет чтобы показать эту церемонию целиком, она очень красивая, очень энергичная, очень драматичная по-своему, и это было бы интересно, это приближало бы читателя и писателя, приближало бы читателя к современной литературе и помогло бы нам отодвинуть этот самый конец читающей цивилизации, спасти цивилизацию от того, чтобы она не одичала. Ибо я думаю, что если цивилизация чтения кончится, начнётся цивилизация дикости, и наша задача хотя бы в России этого не допустить.

Ещё одна вещь, если у меня есть хотя бы чуть-чуть времени, о чём бы мне хотелось сказать. Мы правильно сейчас будем очень много говорить о культуре, о культуре фундаментальной, о культуре высокой - это всё очень важные вещи, мы ради этого собрались. Но я бы хотел сказать о культуре бытовой. С одной стороны, у нас замечательный народ, восприимчивый к культуре. С другой стороны, это горько говорить, но это так, очень грязная у нас страна. Вот куда ни поедешь - и на Дальний Восток, и на Север, и в Сибирь, на Байкале я был в этом году, - сколько у нас везде мусора, как мы засоряем собственные леса, как мы засоряем собственные реки! В этом никакая политическая сила не виновата, тут мы сами такие. Мы сами такие, и с этим надо что-то делать, эту проблему надо как-то решать. Мне представляется, что можно штрафы, конечно, какие-то вводить, но здесь тоже надо определённую политику, может быть, с помощью социальной рекламы, например, на том же телевидении.

Смотрите, у нас совсем нет социальной рекламы. Коммерческой рекламы - сколько угодно на телевидении, задыхаемся. Мне представляется, надо продумать какой-то закон, не знаю что, какую-то инициативу, чтобы федеральные каналы обязательно наряду с коммерческой рекламой были обязаны давать социальную рекламу, и эта социальная реклама включала бы, просто показывала людям, что нельзя же так жить. Может быть, делать по обочинам дорог какие-то рекламные плакаты, что-то в этом роде. То есть надо просто приучать самих себя к этой чистоте, потому что стыдно самим так жить, даже не перед иностранцами стыдно, но, имея такую красивую, такую великолепную страну, надо заботиться в конце концов о её чистоте.

И последние буквально два слова скажу. Мы здесь, когда собирались, ждали, нам провели замечательную экскурсию по Большому Кремлёвскому дворцу, первый раз у меня была такая возможность это увидеть. В Георгиевском зале нам экскурсовод, хранитель Большого Кремлёвского дворца, рассказывала, что здесь на стенах высечены имена всех георгиевских кавалеров, и часто в XIX веке она в архиве находила такие записи, что обращались люди, приводили сюда своих детей или сами приходили и говорили: вот это твой отец или твой дед, твой брат. И просто дрогнуло что-то во мне, это живое чувство истории, живое патриотическое чувство, которое я здесь почувствовал. Мне кажется, это то, что надо обязательно передать молодёжи, передать детям. Культура и история просто должны идти рука об руку, они обязательно должны быть вместе. Наша культура велика именно своей вертикалью, уходящей в глубину. И задача - чтобы на нас это не остановилось, чтобы и дальше из этой глубины оно шло ввысь.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Георгий Александрович, батюшка, пожалуйста.

АРХИМАНДРИТ ТИХОН: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемое собрание!

В Вашем докладе, Владимир Владимирович, сегодня сказано самое главное: в стране будет разработана концепция государственной политики в области культуры, и эта концепция будет органично связана с образованием и воспитанием. Решение, о котором объявлено сегодня, - это переход к практическому решению вопросов, о которых мы так долго говорили.

Такая концепция призвана решить немало задач. В первую очередь она поможет наконец хотя бы отчасти выйти из затянувшегося состояния идеологической аморфности, станет платформой, на базе которой можно будет избежать бесконечного шараханья из стороны в сторону в вопросе поддержки тех или иных творческих проектов, позволит сосредоточивать средства и силы на важнейших выбранных направлениях. Концепция создаст здесь разумную определённость.

Вот уже несколько лет идёт работа над законом о культуре. Но то, что мы видим, пока представляет собой документ чисто технический. Концепция государственной политики в области культуры даст направление и смысл этому закону, станет его идеологическим базовым документом.

Одна из главных задач при создании концепции - определение приоритетов. Этот вопрос чреват бесконечными и непродуктивными спорами. Но есть путь, держась которого мы можем твёрдо надеяться, что не ошибёмся. Это приоритет базовой для нас и неоспоримой русской и мировой классической культуры. В истории нашей страны не раз бывали этапы, когда возникали проблемы с преемственностью культуры и традиционных духовно-нравственных ценностей - ничего нового в этом нет. Главное вовремя заметить и осознать болезнь и принять правильные меры к исправлению ситуации.

В послереволюционный период стремительное разложение всех элементов общей культуры было предотвращено возрождением ряда важнейших составляющих традиционной в России системы классического образования, включением огромных возможностей государственной машины для приобщения народа к русской и мировой классической культуре. Результатом этого в целом удачного решения, к примеру, стала система советского гуманитарного образования в школах и вузах. Именно эта система приобщения к классической отечественной и мировой культуре, а также система воспитания, во многом основанная на исторически сложившихся в России духовно-нравственных национальных идеалах, несмотря на всё давление тоталитарной идеологии, во многом сформировала мировоззрение, наверное, всех сидящих в этом зале.

Некоторые реформы образования иногда приводили у нас к духовной примитивизации личности. Так, в середине XIX века, как раз в период воодушевления разного рода реформами, решительно изменили и систему образования. В частности, как и сегодня, было сокращено количество часов по литературе и истории, и вместо них сделали прагматический упор на естественные науки и законоведение. В результате, когда через 10 лет в учебные заведения были направлены комиссии, выяснилось, что выпускники гимназий почти поголовно не имеют совершенно никакого представления о лучших произведениях отечественной литературы, а такие имена, как Гомер, Шекспир и Гёте, им ничего не говорят. Реформой министра народного просвещения Головина в 1864 году ситуация была решительно и вовремя исправлена.

Представляется, что важнейшим неотложным практическим шагом сегодня должно стать возвращение на должное место великой русской литературы в школах, вузах и в целом в духовном пространстве России. В первую очередь речь идёт об увеличении количества часов по русской и мировой литературе в школах. Настоящую культуру, вкус к ней необходимо прививать в прямом смысле слова, постоянно культивировать и не бояться делать это последовательно и настойчиво, не обращая внимания на призывы к толерантному отношению к духовным сорнякам. Это провокация, на некультивируемой почве сорняки неизбежно заглушат пшеницу.

Для нашей страны приобщение к великой русской литературе и к культуре в целом - это не просто образовательная задача, а важнейший фактор духовного притяжения, благодаря которому объединяются разные народы, люди разных религий и даже убеждений. Здесь особое внимание необходимо уделить программам по от